en   de   中文
+7 (3952) 550-464
обратный звонок
Заявка на тур
Сейчас на Байкале
БайкалПрофиТур / О городе / Русская Аляска: от Байкала до Канады

От Байкала до Канады

«Екатерина, ты была не права!» – припев разухабистой песни, звучавшей в 90-е из каждого утюга, и призывы к США «отдавать взад» землицу-Алясочку, – вот, пожалуй, и все, что известно сегодня среднестатистическому россиянину о присутствии нашей страны на Североамериканском континенте.

В то же время никого другого как иркутян эта история касается напрямую – ведь именно из столицы Приангарья больше 80 лет шло все управление этой гигантской территорией.

Более полутора миллионов квадратных километров занимали земли Русской Аляски в середине XIX века. А начиналось все с трех скромных кораблей, причаливших к одному из островов. Затем был долгий путь освоения и покорения: кровопролитная война с местным населением, успешная торговля и добыча ценной пушнины, дипломатические интриги и романтические баллады.

И неотъемлемой частью всего этого была долгие годы деятельность Русско-американской компании под руководством сначала иркутского купца Григория Шелихова, а затем его зятя, графа Николая Резанова.

Сегодня мы предлагаем вам совершить краткий экскурс в историю Русской Аляски. Пусть Россия не сохранила этой территории в своем составе – геополитические требования момента были таковы, что содержание отдаленных земель обходилось дороже экономической выгоды, которую можно было получить от присутствия на нем. Однако подвиг россиян, открывших и освоивших суровый край, и сегодня поражает своим величием.

История Аляски

Первые жители Аляски пришли на территорию современного штата США около 15 или 20 000 лет назад – они перебрались из Евразии в Северную Америку через перешеек, соединявший тогда два континента в том месте, где сегодня находится Берингов пролив.

К моменту прихода на Аляску европейцев ее населяло несколько народностей, в том числе цимшианы, хайда и тлинкиты, алеуты и атабаски, а также эскимосы, инупиаты и юпик. Но у всех современных коренных жителей Аляски и Сибири есть общие предки – их генетическое родство уже доказано.


Открытие Аляски русскими исследователями

Имени первого европейца, ступившего на землю Аляски, история не сохранила. Но при этом весьма вероятно, что это был участник российской экспедиции. Возможно, это была экспедиция Семена Дежнева в 1648 году. Не исключено, что в 1732 году на берег североамериканского континента высаживались члены экипажа небольшого корабля «Святой Гавриил», исследовавшего Чукотку.

Однако официально открытием Аляски считается 15 июля 1741 года – в этот день с одного из кораблей Второй Камчатской экспедиции знаменитого исследователя Витуса Беринга увидели землю. Это был остров Принца Уэльского, который расположен на юго-востоке Аляски.

Впоследствии именем Витуса Беринга были названы остров, море и пролив между Чукоткой и Аляской. Оценивая научные и политические результаты второй экспедиции В.Беринга, советский историк А.В.Ефимов признал их огромными, ибо в ходе Второй Камчатской экспедиции американский берег впервые в истории был достоверно нанесен на карту как «часть Северной Америки». Однако российская императрица Елизавета не проявила сколько бы то ни было заметного интереса к землям Северной Америки. Она издала указ, по которому обязала местное население платить пошлину за торговлю, но больше никаких шагов в направлении развития отношений с Аляской не предпринимала.

Однако в сферу внимания российских промышленников попали живущие в прибрежных водах морские выдры – каланы. Их мех считался одним из ценнейших в мире, так что промысел каланов был крайне выгоден. Так что уже к 1743 году российские торговцы и охотники за пушниной установили тесный контакт с алеутами.


Освоение русской Аляски: Северо-Восточная компания

В последующие годы российские путешественники неоднократно высаживались на островах Аляски, вели промысел морской выдры и торговлю с местными жителями, а то и вступали с ними в стычки.

В 1762 году на российский престол взошла императрица Екатерина Великая. Ее правительство снова обратило свое внимание на Аляску. В 1769 году была отменена пошлина на торговлю с алеутами. Освоение Аляски пошло семимильными шагами. В 1772 году на крупном острове Уналашка основано первое торговое русское поселение. Еще через 12 лет, в 1784 году, на Алеутских островах высадилась экспедиция под командованием Григория Шелихова, которая основала русское поселение Кадьяк в Бухте Трёх Святителей.

Иркутский купец Григорий Шелихов – русский исследователь, мореплаватель и промышленник, прославил свое имя в истории тем, что с 1775 года занимался обустройством коммерческого торгового судоходства между Курильской и Алеутской островными грядами как основатель Северо-Восточной компании.

На Аляску его сподвижники прибыли на трех галиотах, «Три святителя», «Св. Симеон» и «Св. Михаил». «Шелиховцы» начинают усиленно осваивать остров. Они подчиняют местных эскимосов (конягов), пытаются развивать сельское хозяйство, высаживая репу и картофель, а также ведут и духовную деятельность, обращая коренных жителей в свою веру. Православные миссионеры внесли ощутимый вклад в освоение Русской Америки.

Колония на Кадьяке относительно успешно функционировала до начала 90-х гг XVIII века. В 1792 году город, который получил название Павловская гавань, перенесли на новое место – это стало следствием мощного цунами, от которого пострадало российское поселение.


Русско-американская компания

Со слиянием компаний купцов Г.И. Шелихова, И.И. и М.С. Голиковых и Н.П. Мыльникова в 1798-99 годах была создана единая «Российско-Американская компания». От Павла I, который правил Россией к тому моменту, она получила монопольные права на пушной промысел, торговлю и открытие новых земель в северо-восточной части Тихого океана. Компания была призвана представлять и защищать своими средствами интересы России на Тихом океане, и находилась под «высочайшим покровительством». Акционерами компании с 1801 года стали Александр I и великие князья, крупные государственные деятели. Главное правление компании располагалось в Петербурге, однако фактически руководство всеми делами велось из Иркутска, где жил Шелихов.

Первым губернатором Аляски под управлением РАК стал Александр Баранов. За годы его правления значительно расширились границы русских владений на Аляске, возникли новые русские поселения. Появились редуты в Кенайском и Чугацком заливах. Началось строительство Новороссийска в заливе Якутат. В 1796 году, продвигаясь к югу вдоль побережья Америки, русские достигли острова Ситка.

Основу экономики Русской Америки по-прежнему составлял промысел морского зверя: калана, сивуча, который осуществлялся с опорой на алеутов.
 

Русско-индейская война

Однако коренные жители не всегда выходили на встречу российским поселенцам с распростертыми объятиями. Достигнув острова Ситка, русские натолкнулись на ожесточенное сопротивление индейцев-тлинкитов и в 1802 году разразилась Русско-индейская война. Контроль над островом и промысел каланов в прибрежных водах стали краеугольным камнем конфликта.

Первая стычка на материке произошла 23 мая 1802 года. В июне отряд в 600 индейцев под предводительством вождя Катлиана напал на Михайловскую крепость на острове Ситка. К июню, в течение последовавшей серии нападений, «Ситкинская партия» из 165 человек была полностью разгромлена. Приплывший в этот район немного позже английский бриг «Юникорн» помог спастись чудом выжившим россиянам. Утрата Ситки была тяжелейшим ударом для русских колоний и лично для губернатора Баранова. Общие потери Российско-американской компании составили 24 русских и 200 алеутов.

В 1804 году Баранов двинулся из Якутата на завоевание Ситки. После продолжительной осады и обстрела занятой тлинкитами крепости 8 октября 1804 года над туземным поселением был поднят русский флаг. Началось строительство форта и нового поселения. Вскоре здесь вырос город Ново-Архангельск.

Однако 20 августа 1805 года воины-эяки клана тлахаик-текуеди и их союзники из числа тлинкитов сожгли Якутат и перебили остававшихся там русских и алеутов. Кроме того, тогда же в дальнем морском переходе попали в шторм и погибли еще около 250 человек. Падение Якутата и гибель партии Демяненкова стали ещё одним тяжелым ударом для русских колоний. Была утрачена важная хозяйственная и стратегическая база на побережье Америки.

Дальнейшее противостояние продолжалось вплоть до 1805 года, когда с индейцами удалось заключить перемирие и РАК пыталась вести промысел в водах тлинкитов большими партиями под прикрытием русских боевых кораблей. Однако тлинкиты и тогда открывали огонь из ружей, – уже по зверю, что делало промысел практически невозможным.

В результате нападений индейцев были уничтожены 2 русские крепости и селение в Юго-Восточной Аляске, погибло около 45 русских и более 230 туземцев. Всё это на несколько лет остановило продвижение русских в южном направлении вдоль северо-западного побережья Америки. Индейская угроза и в дальнейшем сковывала силы РАК в районе архипелага Александра и не позволяла приступить к систематической колонизации Юго-Восточной Аляски. Однако после прекращения промысла в угодьях индейцев отношения несколько улучшились, и РАК возобновила торговлю с тлинкитами и даже позволила им восстановить родовое селение возле Новоархангельска.

Отметим, что полное урегулирование отношений с тлинкитами состоялось спустя двести лет – в октябре 2004 года была проведена официальная церемония заключения мира между кланом киксади и Россией.

Российско-индейская война закрепила Аляску за Россией, но ограничила дальнейшее продвижение русских вглубь Америки.


Под управлением Иркутска

Григорий Шелихов к этому времени уже скончался: он умер в 1795 году. Его место в управлении РАК и Аляской занял зять и законный наследник «Российско-Американской Компании» граф Николай Петрович Рязанов. В 1799 году он получил от правителя России императора Павла I право на монопольную Американскую пушную торговлю.

Николай Резанов родился в 1764 году в Петербурге, однако через некоторое время его отец назначается председателем гражданской палаты губернского суда в Иркутске. Сам Резанов служит в лейб-гвардии Измайловском полку, и даже лично отвечает за охрану Екатерины II, однако в 1791 году также получает назначение в Иркутск. Здесь он должен был инспектировать деятельность компании Шелихова.

В Иркутске Резанов знакомится с «Колумбом Росским»: так современники называли Шелихова, основателя первых русских поселений в Америке. Стремясь упрочить свое положение, Шелихов сватает за Резанова свою старшую дочь, Анну. Благодаря этому браку Николай Резанов получил право на участие в делах семейной компании и стал совладельцем огромного капитала, а невеста из купеческой семьи – родовой герб и все привилегии титулованного российского дворянства. С этого момента судьба Резанова тесно связана с Русской Америкой. А его юная жена (Анне на момент вступления в брак исполнилось 15 лет) скончалась несколько лет спустя.

Деятельность РАК было уникальным явлением в истории России того времени. Это была первая настолько крупная монопольная организация с принципиально новыми формами ведения коммерции, которые учитывали специфику тихоокеанской меховой торговли. Сегодня это назвали бы частно-государственным партнерством: купцы-перекупщики и промысловики тесно взаимодействовали с государственной властью. Такую необходимость диктовал момент: во-первых, расстояния между районами промысла и сбыта были огромны. Во-вторых, утверждалась практика применения акционерного капитала: в меховой промысел вовлекались финансовые потоки со стороны людей, не имевших к нему прямого отношения. Правительство отчасти регулировало эти отношения и поддерживало их. От его позиции нередко зависели и состояния купцов, и судьбы людей, отправившихся в океан за «мягким золотом».

А в интересах государства было скорейшее развитие экономических отношений с Китаем и налаживание дальнейшего пути на Восток. Новый министр коммерции Н.П.Румянцев представил Александру I две записки, где описывал преимущества этого направления: «Англичане и американцы, доставляя из Нотки-Зунд и Шарлотиных островов рухлядь свою прямо в Кантон, всегда будут в торге сем преимуществовать, и дотоле продолжаться сие будет, пока россияне сами в Кантон пути не проложат». Румянцев предвидел выгоды от открытия торговли с Японией «не только для американских селений, но и для всего северного края Сибири» и предлагал использовать кругосветную экспедицию для отправки «к японскому двору посольства» во главе с человеком «со способностями и знанием политических и торговых дел». Как полагают историки, уже тогда он подразумевал под таким человеком именно Николая Резанова, так как предполагалось, что по завершению японской миссии он отправится обозревать русские владения в Америке.


Кругосветка Резанова

О намеченной экспедиции Резанову было известно уже весной 1803 года. «Теперь готовлюсь к походу, – писал она в частном письме. – Два корабля купеческих, купленных в Лондоне, отдаются в мое начальство. Они снабжены приличным экипажем, в миссию со мною назначаются гвардии офицеры, а вообще для путешествия учинена экспедиция. Путь мой из Кронштадта в Портсмут, оттуда в Тенериф, потом в Бразилию и, обойдя кап Горн, в Вальпарезо, оттуда в Сандвичевы острова, наконец, в Японию и на 1805 год – зимовать в Камчатку. Оттуда пойду в Уналашку, в Кадьяк, в Принц-Виллиам-Зунд и спущусь к Ноотке, от которой возвращусь в Кадьяк и, нагрузясь товарами, пойду в Кантон, в Филлипинские острова... Возвращаться буду кругом мыса Доброй Надежды».

Тем временем РАК приняла на службу Ивана Федоровича Крузенштерна и перепоручила в его «начальство» два корабля, именуемые «Надежда» и «Нева». В специальном дополнении правление извещало о назначении Н.П. Резанова главой посольства в Японию и уполномочивало «его полным хозяйским лицом не только во время вояжа, но и в Америке».

«Российско-Американская компания, – сообщали «Гамбургские Ведомости» (№ 137, 1802 г.), – ревностно печется о распространении своей торговли, которая со временем будет для России весьма полезна, и теперь занимается великим предприятием, важным не только для коммерции, но и для чести русского народа, а именно, она снаряжает два корабля, которые нагрузятся в Петербурге съестными припасами, якорями, канатами, парусами и пр., и должны плыть к северозападным берегам Америки, чтобы снабдить сими потребностями русские колонии на Алеутских островах, нагрузиться там мехами, обменять их в Китае на товары его, завести на Урупе, одном из Курильских островов, колонии для удобнейшей торговли с Японией, итти оттуда к мысу Доброй Надежды, и возвратиться в Европу. На сих кораблях будут только русские. Император одобрил план, приказал выбрать лучших флотских офицеров и матросов для успеха сей экспедиции, которая будет первым путешествием русских вокруг света».

Историк Карамзин так писал об экспедиции и об отношении к ней различных кругов русского общества: «Англоманы и галломаны, что желают называться космополитами, думают, что русские должны торговать на месте. Петр думал иначе – он был русским в душе и патриотом. Мы стоим на земле и на земле русской, смотрим на свет не в очки систематиков, а своими природными глазами, нам нужно и развитие флота и промышленности, предприимчивость и дерзание». В «Вестнике Европы» Карамзин печатал письма офицеров, ушедших в плавание, и вся Россия с трепетом ждала этих известий.

7 августа 1803 года, ровно через 100 лет после основания Петром Петербурга и Кронштадта, «Надежда» и «Нева» снялись с якоря. Кругосветное плавание началось. Через Копенгаген, Фальмут, Тенериф к берегам Бразилии, а затем вокруг м. Горн экспедиция достигла Маркизских и к июню 1804 года – Гавайских о-вов. Здесь корабли разделились: «Надежда» отправилась к Петропавловску-на-Камчатке, а «Нева» пошла на о-в Кадьяк. Когда «Надежда» прибыла на Камчатку, начались приготовления к посольству в Японию.


Резанов в Японии

Выйдя 27 августа 1804 года из Петропавловска, «Надежда» взяла курс к юго-западу. Через месяц вдали показались берега северной Японии. На корабле состоялось большое торжество, участникам экспедиции вручили серебряные медали. Однако радость оказалась преждевременной: из-за обилия ошибок в картах судно встало на неверный курс. К тому же начался сильнейший шторм, в котором «Надежда» сильно пострадала, но, к счастью, ей удалось удержаться на плаву, несмотря на серьезные повреждения. И 28 сентября корабль вошел в порт Нагасаки.

Однако тут опять возникли затруднения: японский чиновник, встретивший экспедицию, заявил, что вход в Нагасакскую гавань открыт только голландским судам, а для прочих невозможен без особого повеления японского императора. К счастью, такое разрешение у Резанова имелось. И несмотря на то, что согласием японского «коллеги» Александр I заручился еще 12 лет назад, доступ в гавань российскому судну, хотя и с некоторым недоумением, был открыт. Правда, «Надежду» обязали выдать порох, пушки и все огнестрельное оружие, сабли и шпаги, из которых только одна может быть предоставлена послу. Резанов знал о таких японских законах для иностранных судов и согласился отдать все оружие, кроме шпаг офицеров и ружей его личного караула.

Однако прошло еще несколько месяцев изощренных дипломатических договоров, прежде чем кораблю разрешили вплотную приблизиться к японскому берегу, а самому посланнику Резанову – переехать на сушу. Команда же все это время, вплоть до конца декабря, продолжала жить на борту. Исключение предоставлялось лишь для астрономов, проводивших свои наблюдения – им было разрешено высаживаться на землю. При этом японцы неусыпно следили за моряками и посольством. Им запрещено было даже послать письма на родину с уходившим в Батавию голландским судном. Только посланнику разрешили написать краткое донесение Александру I о благополучном плавании.

Посланнику и лицам его свиты пришлось прожить в почетном заточении четыре месяца, до самого отъезда из Японии. Только изредка Резанов мог видеться с нашими моряками и директором голландской фактории. Резанов, однако, не терял даром времени: он усердно продолжал свои занятия японским языком, попутно составив две рукописи («Краткое русско-японское руководство» и словарь, содержавший более пяти тысяч слов), которые Резанов позже хотел передать Навигацкой школе в Иркутске. Впоследствии они были изданы Академией наук.

Только 4 апреля состоялась первая аудиенция Резанова с одним из высокопоставленных местных сановников, который привез ответ японского Императора на послание Александра I. Ответ гласил: «Повелитель Японии крайне удивлен прибытием русского посольства; император не может принять посольства, а переписок и торговли с россиянами не желает и просит, чтобы посол выехал из Японии».

Резанов в свою очередь отметил, что, хотя не ему судить, который из императоров могущественнее, ответ японского правителя считает дерзким и подчеркнул, что предложение о торговых отношениях между странами со стороны России было, скорее, милостью «из единого человеколюбия». Сановники, смутившись перед таким напором, предложили отложить аудиенцию на другой день, когда посланник не будет так взволнован.

Вторая аудиенция прошла спокойнее. Сановники отрицали вообще какую-либо возможность сотрудничества с другими странами, в том числе торговли, как запрещенную коренным законом, и, к тому же, объясняли ее своей неспособностью предпринять ответное посольство. Затем состоялась еще и третья аудиенция, в ходе которой стороны обязались предоставить друг другу письменные ответы. Но и на этот раз позиция японского правительства осталась неизменна: ссылаясь на формальные причины и традицию, Япония твердо решила сохранять прежнюю замкнутость. Резанов составил меморандум японскому правительству в связи с отказом в установлении торговых отношений и вернулся на «Надежду».

Одни историки видят причины неудачи дипломатической миссии в горячности самого графа, другие подозревают, что виной всему интриги голландкой стороны, желавшей сохранить свой приоритет в отношениях с Японией, однако после почти семимесячного пребывания в Нагасаки 18 апреля 1805 г. «Надежда» снялась с якоря и вышла в открытое море.

Русскому кораблю запрещалось впредь приближаться к японским берегам. Однако Крузенштерн все-таки посвятил еще три месяца исследованию тех мест, которые ранее недостаточно изучил Лаперуз. Он собирался уточнить географическое положение всех японских островов, большей части берегов Кореи, западного берега острова Иессои берегов Сахалина, описать побережье заливов Анива и Терпения и провести исследование Курильских островов. Значительная часть этого огромного плана была выполнена.

Закончив описание залива Анива, Крузенштерн продолжал свои работы по морской съемке восточного берега Сахалина до мыса Терпения, но вскоре должен бы свернуть их, так как судно встретило большие скопления льда. «Надежда» с большим трудом вышла в Охотское море и через несколько дней, преодолевая непогоду, вернулась в Петропавловскую гавань.

Посланник Резанов перешел на судно Российско-американской компании «Мария», на котором и отправился на главную базу компании на острове Кадьяк, близ Аляски, где должен был упорядочить организацию местного управления колониями и промыслами.


Резанов на Аляске

На правах «хозяина» Российско-Американской компании Николай Резанов вникал во все тонкости управления. Его поразил боевой дух барановцев, неутомимость, деловитость самого Баранова. А ведь трудностей было более чем достаточно: не хватало продуктов – надвигался голод, земля была неплодородная, не хватало кирпичей для стройки, не было слюды для окон, медь, без которой нельзя было оснастить корабль, считалась страшной редкостью.

Сам Резанов в письме из Ситхи писал: «Живем все мы очень тесно; но всех хуже живет наш приобретатель сих мест, в какой-то дощеной юрте, наполненной сыростью до того, что всякий день плесень обтирают и при здешних сильных дождях со всех сторон как решето текущей. Чудный человек! Он заботится только о спокойном помещении других, но об себе самом безпечен до того, что однажды нашел я кровать его плавающую и спросил, не оторвало ли где ветром боковую у храмины его доску? Нет, спокойно отвечал он, видно натекло ко мне с площади, – и продолжал свои распоряжения».

Население Русской Америке, как назвали Аляску, росло очень медленно. В 1805 году численность русских колонистов составляла около 470 человек, кроме того, в зависимости от компании находилось значительное число индейцев (по переписи Резанова на острове Кадьяк их было 5200 человек). Люди, служившие в учреждениях компании, были в основном народом буйным, за что Николай Петрович метко назвал русские поселения «пьяной республикой».

Он многое сделал для улучшения жизни населения: возобновил работу училища для мальчиков, причем некоторых отправлял и на учебу в Иркутск, Москву, Петербург. Учреждена была и школа для девочек на сто воспитанниц. Основал больницу, которой могли пользоваться как русские служащие, так и туземцы, был учреждён суд. Резанов настаивал на том, что все русские, проживающие в колониях, должны изучать язык туземцев и сам составлял словари русско-кадьякского и русско-уналашского языков.

Ознакомившись с состоянием дел в Русской Америке, Резанов совершенно правильно решил, что выход и спасение от голода – в организации торговли с Калифорнией, в основании там русского поселения, которое снабжало бы Русскою Америку хлебом и молочными продуктами. К тому времени население Русской Америки, по переписи Резанова, произведенной в Уналашкинском и Кадьякском отделах, составляло 5234 человека.


«Юнона» и «Авось»

Плыть в Калифорнию было решено немедленно. Для этого у англичанина Вульфа был приобретен за 68 тысяч пиастров один из двух прибывших в Ситху кораблей. Судно «Юнона» было выкуплено вместе с грузом провизии, находящимся на борту, продукты переданы поселенцам. А сам корабль под русским флагом отплыл в Калифорнию 26 февраля 1806 года.

По прибытии в Калифорнию Резанов покорил придворными манерами коменданта крепости Хосе Дарио Аргуэльо и очаровал его дочь – пятнадцатилетнюю Консепсьон. Неизвестно, признался ли ей таинственный и прекрасный 42-летний чужеземец, что уже был однажды женат и вдовеет, однако девочка была сражена.

Конечно, Кончита, как многие юные девушки всех времен и народов, мечтала о встрече с прекрасным принцем. Неудивительно, что командор Резанов, камергер Его Императорского Величества, статный, могущественный, красивый мужчина без труда завоевал ее сердце. К тому же он единственным из российской делегации владел испанским языком и много беседовал с девушкой, туманя ее разум рассказами о блистательном Петербурге, Европе, дворе Екатерины Великой…

Имело ли место нежное чувство со стороны самого Николая Резанова? Несмотря на то, что история его любви к Кончите стала одной из самых красивых романтических легенд, современники в этом сомневались. Сам Резанов в письме своему покровителю и другу графу Николаю Румянцеву признавался, что причиной, побудившей его предложить руку и сердце юной испанке, являлась более польза Отечеству, чем горячее чувство. Того же мнения придерживался и корабельный врач, писавший в своих отчетах: «Можно было бы подумать, что он влюбился в эту красавицу. Однако ввиду присущей этому холодному человеку осмотрительности осторожнее будет допустить, что он просто возымел на нее какие-то дипломатические виды».

Так или иначе, предложение руки и сердца было сделано и принято. Вот как пишет об этом сам Резанов:

«Предложение моё сразило воспитанных в фанатизме родителей её (Кончиты). Разность религий и впереди разлука с дочерью были для них громовым ударом. Они прибегли к миссионерам, те не знали, на что решиться. Возили бедную Консепсию в церковь, исповедывали её, убеждали к отказу, но решимость её наконец всех успокоила.

Святые отцы оставили разрешению Римского Престола, и я, ежели не мог окончить женитьбы моей, то сделал на то кондиционный акт и принудил помолвить нас... С того времени, поставя себя коменданту на вид близкого родственника, управлял я уже портом Католического Величества так, как тою требовали и пользы мои, и губернатор крайне удивился-изумился, увидев, что весьма не в пору уверял он меня в искренних расположениях дома сего и что сам он, так сказать, в гостях у меня очутился…»

Кроме того, Резанову очень дешево достался груз в «2156 пуд. пшеницы, 351 пуд. ячменя, 560 пуд. бобовых. Сала и масла на 470 пуд. и ещё всяких вещей на 100 пуд, да так, что судно не могло поначалу отправиться».

Кончита обещала ждать своего жениха, который должен был доставить груз с припасами на Аляску, а затем собирался в Санкт-Петербург. Он намеревался заручиться ходатайством Императора перед Римским папой, чтобы получить официальное разрешение католической церкви на их брак. На это могло уйти около двух лет.

Через месяц полные провизии и другого груза «Юнона» и «Авось» прибыли в Ново-Архангельск. Несмотря на дипломатические расчеты, граф Резанов не имел в мыслях обманывать юную испанку. Он немедля отправляется в Петербург с тем, чтоб испросить разрешение на заключение семейного союза, несмотря на распутицу и мало подходящую для такого путешествия погоду.

Перебираясь через реки верхом, по тонкому льду, он несколько раз падал в воду, простудился и пролежал без сознания 12 дней. Его довезли до Красноярска, где 1 марта 1807 года он и скончался.

Консепьсон так и не вышла замуж. Она занималась благотворительностью, обучала индейцев. В начале 1840-х годов донна Консепсьон вступила в третий Орден Белого Духовенства, а по основании в 1851 году в городе Бенишия монастыря Св. Доминика стала его первой монахиней под именем Мария Доминга. Она умерла в возрасте 67 лет 23 декабря 1857 года.


Аляска после Резанова

С 1808 года центром русской Америки становится Ново-Архангельск. Все это время управление американскими территориями так и ведется из Иркутска, где по-прежнему находится главный штаб Российско-американской компании. Официально Русская Америка включена в состав сначала Сибирского генерал-губернаторства, а после его разделения в 1822 году на Западное и Восточное, – в состав Восточно-Сибирского генерал-губернаторства.

В 1812 году Баранов, директор «Российско-Американской компании», учредил южное представительство компании на берегу Калифорнийского залива Бодиджа. Представительство это было названо Русское селение, сейчас известное как Форт Росс.

С поста директора Российско-Американской компании Баранов ушел на пенсию в 1818 году. Он мечтал вернуться домой – в Россию, но в дороге скончался.

К руководству компанией пришли военно-морские офицеры, которые способствовали развитию компании, однако, в отличие от Баранова, флотское руководство очень мало интересовалось самим торговым бизнесом, и крайне нервно относились к заселению Аляски англичанами и американцами. Руководство компании, именем Российского императора, запретило вторжение всех иностранных кораблей на 160 км в акваторию близ Российских колоний на Аляске. Разумеется, такой приказ был немедленно опротестован Великобританией и правительством Соединенных Штатов.

Спор с США был урегулирован конвенцией 1824 года, которая определила точные северные и южные границы российской территории на Аляске. В 1825 г. Россия пришла к согласию и с Британией, определив также точные восточные и западные границы. Российская империя дала обеим сторонам (Британии и США) права вести на Аляске торговлю в течение 10 лет, после чего Аляска полностью переходила во владение России.


Продажа Аляски

Однако, если в начале XIX века Аляска приносила доходы за счёт торговли пушниной, к его середине стало представляться, что расходы на содержание и защиту этой отдалённой и уязвимой, с геополитической точки зрения, территории перевешивают потенциальную прибыль. Площадь проданной впоследствии территории составляла 1 518 800 км² и была практически не обжита – по оценке самой РАК, на момент продажи население всей русской Аляски и Алеутских островов насчитывало около 2500 русских и примерно до 60 000 индейцев и эскимосов.

Историки оценивают продажу Аляски неоднозначно. Одни придерживаются мнения, что эта мера была вынужденной из-за ведения Россией Крымской кампании (1853—1856) и тяжелого положения на фронтах. Другие настаивают на том, что сделка имела чисто коммерческий характер. Так или иначе, первым вопрос о продаже Аляски США перед русским правительством поднял генерал-губернатор Восточной Сибири граф Н. Н. Муравьев-Амурский в 1853 году. По его мнению, это было неизбежно, и в то же время позволило бы укрепить позиции России на азиатском побережье Тихого океана перед лицом нарастающего проникновения Британской империи. На тот момент ее канадские владения простирались непосредственно к востоку от Аляски.

Отношения России и Британии подчас были открыто враждебными. Во время Крымской войны, когда британский флот пытался высадить десант в Петропавловске-Камчатском, возможность прямого столкновения в Америке стала реальной.

В свою очередь американское правительство также желало предотвратить оккупацию Аляски Британской империей. Весной 1854 года от него поступило предложение о фиктивной (временно, сроком на три года) продаже Русско-американской компанией всех своих владений и имущества за 7 600 тысяч долларов. РАК заключила такое соглашение с Американо-русской торговой компанией в Сан-Франциско, контролировавшейся правительством США, но оно не вступило в силу, так как РАК удалось договориться с британской компанией Гудзонова Залива.

Последующие переговоры по этому вопросу заняли еще порядка десяти лет. Наконец в марте 1867 года в общих чертах был согласован проект договора о покупке русских владений в Америке за 7,2 миллионов долларов. Любопытно, что именно столько стоило здание, в котором был подписан договор о продаже столь огромной территории.

Подписание договора состоялось 30 марта 1867 года в Вашингтоне. И уже 18 октября Аляска официально была передана США. С 1917 года это день отмечается в США как День Аляски.

К США переходили весь полуостров Аляска (по линии, проходящей по меридиану 141° к западу от Гринвича), береговая полоса шириной в 10 миль южнее Аляски вдоль западного берега Британской Колумбии; Александра архипелаг; Алеутские острова с островом Атту; острова Ближние, Крысьи, Лисьи, Андреяновские, Шумагина, Тринити, Умнак, Унимак, Кадьяк, Чирикова, Афогнак и другие более мелкие острова; острова в Беринговом море: Св. Лаврентия, Св. Матвея, Нунивак и острова Прибылова – Св. Георгия и Св. Павла. Вместе с территорией Соединенным Штатам передавалось всё недвижимое имущество, все колониальные архивы, официальные и исторические документы, относящиеся к передаваемым территориям.


Аляска сегодня

Несмотря на то, что Россия продала эти земли как бесперспективные, США от сделки не остались в накладе. Уже через 30 лет на Аляске началась знаменитая золотая лихорадка – слово Клондайк стало нарицательным. По некоторым данным, за прошедшие полтора столетия с Аляски вывезено более 1000 тонн золота. В начале ХХ века там обнаружили и нефть (сегодня запасы региона оцениваются в 4,5 млрд. баррелей). Добывают на Аляске и уголь, и руды цветных металлов. Благодаря огромному количеству рек и озер там процветают как крупные отрасли частного предпринимательства рыбная ловля и индустрия морепродуктов. Развит и туризм.

На сегодня Аляска – самый большой и один из самых богатых штатов США.

 


Источники

 

+7 901 665-71-35, 8 3952 550-464, 533-888, 533-500 - отдел продажи туров на Байкал
info@baikalvisa.ru
 
 
ВНИМАНИЕ! Вся информация, опубликованная на сайте www.baikalvisa.ru, не является публичной офертой. Детали по каждому конкретному туру или услуге уточняйте у менеджеров.
© ООО «БайкалПрофиТур». Все права на материалы, размещенные на сайте www.baikalvisa.ru, принадлежат ООО «БайкалПрофиТур». Любое использование этих материалов без получения письменного согласования компании запрещено.